Александр Славутский: Из всех конфликтов в театре остался только конфликт внутри меня

В сентябре основная сцена театра впервые приняла зрителей после реставрации. Как и положено, торжественно. По доброй традиции, труппа не только принимала поздравления и подарки (от президента республики Рустама Минниханова получили два автомобиля, прим. авт.), но и сама подарила своим гостям спектакль по комедии Михаила Зощенко «Свадьба». В ноябре театр откроет двери для всех своих зрителей. 1 ноября на обновленной Основной сцене пройдет первый спектакль. Это будет хит Качаловского «Скрипач на крыше», где впервые роль Тевье-молочника исполнит народный артист Татарстана, лауреат Государственной премии РТ имени Габдулы Тукая Рамиль Тухватуллин.

Мы побывали в театре еще до того, как закончился завершающий этап реконструкции. Экскурсию по закулисью провел сам Александр Яковлевич Славутский. Он, кстати, весь этот ремонт провел не в своем кабинете, а на передовой – то в зрительном зале, наблюдая за тем, как преображается интерьер, то в мастерских, которые заново оснастили и даже построили вновь.

Народный артист России и Татарстана, художественный руководитель и директор Казанского русского драматического театра им. Качалова, один из ярчайших представителей культурного сообщества Татарстана Александр Славутский рассказал о конфликте двух начал, о своей любви к театру-дому, об отношении к премиям и о том, что современный театр должен доносить до людей.

- Александр Яковлевич, вот уже на протяжении 7 лет вы совмещаете две должности: директора и художественного руководителя, каково это?

- Не просто. Но, с моей точки зрения - это единственно правильная форма. В театре должно быть единоначалие, где превалирующая сторона - творчество. Зачастую бывает, что директором театра становится случайный человек, который в прошлом управлял развлекательным комплексом или клубом, но ведь театр и такого рода развлечения - совершенно разные вещи. Не может руководить питомником человек, не понимающий в этом ничего. Нужно любить свое дело. Руководитель театра должен быть абсолютно компетентен в театральной технологии, в эстетической составляющей театра.

Анализируя предыдущие годы, мы видим, что наш театр стал работать лучше: стабилизировалось экономическое положение артистов, сгладились конфликты. Конфликт остался только внутри меня. Ведь во мне два начала - административное и творческое, но, как правило, всегда побеждает, художник.

- Как артисты попадают в труппу вашего театра?

- Кого-то я получил «в наследство», кого-то принял из нашего театрального училища, института культуры и искусств, а кто-то был моим учеником. Я выпустил два актерских курса с интервалом почти в 10 лет. Пол труппы точно мои ученики. С представителями старшего поколения мы столько лет проработали вместе, что давно уже думаем одинаково, понимаем друг друга с полуслова.

ТЕАТР – МОЙ ДОМ

Репертуарный театр не зря называют театр-дом. Есть старшее поколение, среднее, младшее. Конечно, не все всегда идеально, и мы решаем трудности по мере их поступления. Репертуарный театр – не простой организм, но богаче его я еще не встречал. Это наше российское ноу-хау, которое еще никто не переплюнул.

- Что в современном театре вы не приемлете?

- Я считаю, что все имеет право на существование. Но я не люблю, когда перегибают палку. Свобода должна быть обязательной, но свободы от этической составляющей быть не должно. За театром стоит художественная идея, профессиональное мастерство, репертуар. Если мы, например, назовем себя экспериментальным театром, то не представлять же нам банальную «бульварщину», которую мы бы постеснялись вставить в нашу афишу. Свобода –это хорошо, но свободы от понимания сути профессии не должно быть. Многие понимают, что такое пиар, но не очень понимают, что надо быть профессионалом. Профессионализм – не стыдное дело. В дилетантизме есть хорошее – желание, увлеченность, любовь. Но нужно обладать умением, быть профессионалом.

- О Качаловском фестивале уже заговорило министерство…

- Мы уже давно планируем проведение Качаловского фестиваля, сейчас о нем говорят на уровне министерства культуры. С завершением реконструкции этот проект обретает реальность. Ведь теперь у нас две сцены – большая, и малая. Важно подготовить площадки: большую сцену, малую сцену и репетиционный зал, где мы сможем показывать спектакли «нетрадиционной художественной ориентации».

- Какова будет направленность фестиваля?

- Я бы хотел, чтобы мы показали зрителю лучшее, что есть в России и в мире, тенденции движения театра, как репертуарного, так и экспериментального. Уклон будет на Хороший театр, профессиональный. На театр, который дает человеку надежду, понимание, что жизнь не бессмысленна. Любая драматургия, которую мы берем в репертуар, дает надежду, какой бы жестокой она не была. Должен быть момент катарсиса, оправдания бытия.

У ЗРИТЕЛЯ НЕТ НАЦИОНАЛЬНОСТИ!

- Как вы относитесь к театральным премиям, всем известной «Маске», например?

- Сама лучшая премия – это аплодисменты зрительного зала. Человек счастлив, когда он понимает, что нужен людям. Я считаю, что всякого рода награды и премии не показатель для театра. Ведь любая премия отражает субъективное мнение, чаще всего ангажированное кем-либо. Наша главная награда – любовь зрителя. Мы нисколько не расстроимся, не получив ту же самую «Маску», но вот если зритель перестанет ходить на наши спектакли – то впору будет бить тревогу.

А что насчет театральных фестивалей?

Фестивали – неотъемлемая часть жизни нашего театра. Например, мы приглашены в Марсель открывать фестиваль русской классики спектаклями «Дядюшкин сон» по повести Ф.М.Достоевского и «Вишневый сад» по комедии А.П.Чехова. Приятно, что организаторы захотели, чтобы двадцатый фестиваль открывали именно мы, казанский театр. Участвуя в международных фестивалях, мы несем по миру бренд Татарстана – выполняем высокую миссию.

- Влияет ли сейчас искусство и, в частности, театр, на общество?

- Театр – это средство общения, оно духовно обогащает. Для нас это способ наладить взаимопонимания между людьми. Мы играем спектакль в Финляндии, Франции, Чехии, Болгарии, Македонии, Турции, в разных городах России. И везде зрители одинаково кричат браво, плачут, смеются… Значит, люди не на столько отличаются друг от друга, мир един.

Я не очень понимаю и принимаю позицию, что искусство вне идеологии, вне политики. «Люблю отчизну я, но странною любовью», – писал Михаил Юрьевич Лермонтов. Странная любовь заключается в понимании проблем, о которых нужно говорить - говорить с конструктивной точки зрения. Мы живем к конкретной стране, это наша родина, и искусство не должно от этого абстрагироваться.

БЛИЦ:

Отдых: не умею отдыхать, мой отдых – работа

Блюдо: поджаренные на сковороде пельмени

Литература: русская классика – Булгаков, Чехов, Достоевский