Общество5 июля 2012 16:42

Светлана Инякина: «Не понимаю, почему из меня сделали монстра»

Директор фирмы, отправившая теплоход в круиз, впервые дала интервью

Директор фирмы «АргоРечТур» и главная обвиняемая по делу о крушении теплохода «Булгария» вот уже год находится в камере СИЗО. Сегодня Светлане Инякиной продлили срок ареста. Таким образом, она останется под стражей до 12 октября. Корреспондент «Комсомольской правды» единственный, кому удалось встретиться со Светланой Инякиной в следственном изоляторе.

СИЗО №2. Именно здесь сейчас содержится Светлана Инякина. Спецучреждение находится на окраине Кировского района Казани. В нескольких сот метрах от Волги. Достаточно перейти через перевал и вот он уже берег. А если вглядеться вдаль, то можно разглядеть и то самое место, где год назад затонул теплоход «Булгария».

Со Светланой Инякиной мы говорили в небольшой комнате. Размером примерно два на два метра. Это так называемая камера для следственных действий. Здесь адвокат встречается со своими клиентами. Тут же проходят свидания задержанных с родными. Светлана Инякина пришла к нам на интервью в сопровождении конвоира. На ней - синяя отглаженная футболка и черные джинсы. Минимум макияжа. За год внешне она ничуть не изменилась. Только в ее глазах читается дикая усталость.

В комнату Светлана Инякина зашла, держа руки за спиной. Поздоровавшись, попросила несколько минут для беседы с адвокатом наедине. И только после этого мы начали наш непростой разговор. Длился он около двух часов. Нам пришлось несколько раз прерывать беседу. Настолько тяжело дались Светлане воспоминания о последнем годе жизни.

Светлана Инякина останется под стражей до 12 октября

Светлана Инякина останется под стражей до 12 октября

«В первые часы после крушения за мной повсюду ходили сотрудники ФСБ»

Как вы прожили этот год?

- Как прожила?... (берет небольшую паузу, а затем, выдыхая, произносит). В тяжелых тюремных стенах. Очень нелегко прошел целый год. Без родных, без близких, особенно без детей, - с трудом сдерживая слезы, говорит Светлана.

Давайте начнем с самого начала и восстановим хронологию событий 10 июля 2011 года. Как проходил тот день?

- Это был обычный выходной день. С утра мне позвонил с теплохода директор круиза. Было начало двенадцатого. Он предупредил меня, что теплоход прибудет в порт не в 19:00, как было запланировано, а в 21:00. Я успокоилась, что все нормально. Планировала встретить теплоход вечером и даже не могла подумать, что подобное возможно.

А вас не насторожило то, что теплоход задерживается?

- Это нормальная практика. Час стоянки в речном порту стоит 1000 рублей, если я правильно помню. Деньги не маленькие учитывая, что судно стоит 12 часов, набегает кругленькая сумма. Так вот, чтобы не переплачивать многие суда уходят в прибрежную зону, а оттуда уже в порт. Получается, что в пути они находятся на несколько часов больше и экономят деньги.

Как вы узнали, что случилась трагедия?

- Я уже точно не помню, кто мне позвонил первым (задумывается). Но реакция была – этого не может быть. Никак не могла поверить в произошедшее. Затем начали звонить люди из МЧС, много звонков из Москвы было. Я находилась в шоке ужасном. Постоянно связывалась с командой «Арабеллы». Даже пыталась сама на катере к месту крушения поехать. Мне сказали, что это невозможно. В тот момент на месте уже работали спасатели. В итоге осталась в Казани и просто молилась.

Вы верующий человек?

- Да. Это помогает выживать. Особенно в этих стенах, - Светлана глазами обводит комнату.

Что было после того, как вы узнали о крушении, как дальше развивались события?

- Ко мне приставили сотрудников ФСБ, которые всюду меня сопровождали. «Чтобы родственники не порвали», - так мне объяснили это действие. Я практически весь день провела в МЧС. Там проходил прямой мост с Москвой и Шойгу. Я всячески пыталась помочь. Рассказывала, сколько человек было на судне и отвечала на все возникающие вопросы. Сама следила за спасательной операцией.

Хотелось бы понять ваше участие в истории с арендой «Булгарии».

- Я брала теплоход в аренду начиная с 2007 года у «Камского речного пароходства». В 2011 стала субарендатором, поскольку появилась компания «Бриз». Получается, что брала уже не в аренду, а в субаренду. Но все это тонкости, которые не так важны.

Светлана Инякина: Когда узнала о трагедии, просто ждала и молилась

Светлана Инякина: Когда узнала о трагедии, просто ждала и молилась

«Экипаж убежал и оставил людей погибать»

Отдельно поговорим о команде. Вы написали письмо в Следственный комитет с просьбой привлечь всех без исключения выживших членов экипажа к ответственности, в чем, по-вашему, они виноваты?

- Мне если честно непонятно почему об этом письме вспомнили только сейчас. Написала я его еще в феврале 2012. В нем я изложила свою позицию. Люди, которые были в тот день на «Булгарии», говорят, что экипаж был пьян. Они не исполняли своих служебных обязанностей.

А кто в вашей организации отвечал за набор команды?

- За набор команды отвечал капитан. Он приводил или приходили люди сами, и он говорил подходят они ему или нет. У меня были в подчинении люди, которые отвечали каждый за свой участок работы. Капитан вот набирал команду.

Вы согласны с тем, что экипаж «Булгарии» оставил умирать людей на воде?

- Да, они попросту убежали. Свидетели утверждают то же самое. Плыли на плотах к берегу, а пассажиры в это время были в воде и ждали помощи.

Вас удивил поступок капитана в этой ситуации? (Александр Островский до последнего находился у штурвала. Он погиб вместе со своей гражданской женой)

- Если честно я не ожидала от него такого. Он ведь остался в каюте вместе со своей гражданской женой. Он поступил мужественно.

С другой стороны вы ведь знали, что теплоход идет креном?

- Это нормально. «Булгария» так выглядела всегда. Ничего криминального в этом нет. И в 2007 она была такой. Все было хорошо.

Вы действительно отдали приказ о том, чтобы теплоход отплыл, решив сэкономить деньги и не пересаживать пассажиров в автобусы? (была информация, что Светлана Инякина, узнав об ухудшении погоды, велела команде все равно выходить в плаванье, хотя можно было пересадить пассажиров на автобусы и отправить их в Казань )

- Про автобусы я вообще первый раз от вас слышу. А выпустить теплоход в рейс я по определению не могу. Как это сделать?! Для этого есть диспетчерские службы. Да, мы созванивались с капитаном, и он сказал, что все нормально. Никаких проблем нет.

Много говорились о техническом состоянии теплохода, действительно ли он был настолько плох?

- Там единственная проблема была в том, что пошла вода в открытые иллюминаторы, которые вовремя не успели закрыть. Если б я была в тот момент там, то, конечно, такого бы не произошло. Ведь до того раза каждый год лично отправлялась в круизы. А в тот раз не поехала, потому что меня пригласили на свадьбу, - Светлана снова вздыхает и продолжает вспоминать события годичной давности. - «Булгария» прошла всю техническую проверку. За несколько дней до выхода в рейс мне позвонил капитан и сказал, что механики «прошляпили вахту». В топливо попала вода. Но и эту неполадку мы устранили. Я сама лично ходила с капитаном и техниками, контролируя их работу.

Так что же могло послужить причиной крушения?

- Механик в момент, когда в машинное отделение в открытые иллюминаторы хлынула вода, отключил двигатель. Если бы он этого не сделал, то вполне возможно и удалось вырулить судно.

«Я бы и дальше занималась речным бизнесом»

Вы чувствуете себя виновной (виноватой) в том, что произошло?

- Это будет определять суд. Но я хочу сказать, что весь этот год я переживаю эту трагедию вместе с теми, кто был в тот день на судне.

Многие из тех с кем мне довелось говорить за этот год, это и родственники, и очевидцы, и эксперты считают, что вы лишь «стрелочница». А вы себя так не чувствуете?

- Да, именно так я себя сейчас и чувствую. Не понимаю, почему из меня сделали монстра. Год назад я ведь сама пришла в Следственный комитет со всеми документами. Наоборот хотела помочь. Там меня и задержали. Потом отправили в СИЗО, где я живу уже год. Первые два месяца со мной вообще никто не разговаривал. Никаких допросов. Ничего. Только бумаги подписывала и все. А сейчас вот отдали дело читать. Торопят. Все скорей, скорей. Приходится по три тома в день читать. Глаза уже ничего толком не видят.

Светлана Инякина: Надо быть стервой, чтобы «выжить» в этом мире

Светлана Инякина: Надо быть стервой, чтобы «выжить» в этом мире

Не жалеете о том, что стали заниматься речным бизнесом? Ведь всего этого сейчас могло и не быть.

- Нет. Я не в кораблики играла, как думают некоторые. В речном флоте я уже больше двадцати лет. В 1989 году закончила техникум. Проходила практику, потом работала проводницей на теплоходе. Сейчас он называется «Петр I». Я занялась этим, потому что это мое. Как, например, вы занимаетесь любимым делом – журналистикой. В 2007 году у нас очень хорошо прошел сезон. В кризис, конечно, пришлось нелегко. Я сильно в тот год попала на топливо. Рассчитывала на одну сумму в итоге получилась другая. Пришлось оформить кредит на несколько миллионов, чтобы рассчитаться с долгами. Меня постоянно обманывали. Было нелегко. И вот с 2011 года решила все контролировать сама. За всем следить. Такой вот груз свалился на женские плечи. И все было хорошо. Если бы не та роковая случайность. Кто-то из свидетелей даже рассказывал, что в тот день шторм длился 3-5 минут. Прямо над кораблем поднялась буря. В одну секунду его перевернул, а потом выглянуло солнце.

Когда вы окажитесь на свободе, а это случится рано или поздно, вы будете вновь заниматься речными круизами?

- Честно? Да. Это мое. То, что я хочу и умею делать. Единственное, наверное, к людям буду уже не так добра. Надо быть стервой, чтобы «выжить» в этом мире.

Чему вас научила эта трагедия?

- Я за последний год многое о себе прочитала, увидела, услышала. Чего только не наговорили. Обвиняли даже в алчности. Но это все неправда. Я всегда по-человечески относилась к тем людям, которые у меня работали. Помогала в трудной ситуации. Если нужно было уехать по личным делам, всегда отпускала. Деньги давала. После этого я много думала. Наверное главное, что я поняла – не делай добра, не получишь зла.

«У меня никого не осталось, кроме детей и родителей»

Ваши дети, насколько я знаю, сейчас они живут с вашими родителями?

- Там очень сложная ситуация. Я за них очень сильно переживала. Месяц я не знала, где они и что с ними. Возле нашего дома дежурили журналисты, поэтому им было трудно выйти на улицу. Мои родители инвалиды и они не работают. На фоне всей этой истории у папы недавно случился инсульт. У него проблемы со здоровьем. Моему сыну через месяц исполнится три года. Его воспитанием сейчас занимается старшая дочь, которая не работает. По-сути они живут на одну пенсию.

Сколько раз вы видели их в течение этого года?

- Родителей раза три, а сынишку своего только месяц назад первый раз за год увидела. Меня он не узнал. Даже не подходил ко мне... (в этот момент Светлана не выдерживает и начинает плакать). При разговоре о детях не могу сдержать слез. Извините.

(Мы делаем перерыв и продолжаем разговор, когда Светлане удается немного успокоиться).

У вас наверняка были друзья. Они вас навещают?

- (После небольшой паузы) …Они были, ну их как-то и не осталось. Ни писем никто не пишет и на свидания не приходит.

Светлана Инякина: Сынишку своего только месяц назад первый раз за год увидела. Меня он не узнал

Светлана Инякина: Сынишку своего только месяц назад первый раз за год увидела. Меня он не узнал

Может быть, у вас есть, что сказать пострадавшим «Булгарии»?

- В первую очередь я хочу принести глубочайшие соболезнования тем, у кого погибли родные и близкие люди. Я все прекрасно понимаю. Это ужасное горе. Но их уже не вернешь, а я еще могу увидеть своих детей. Я готова помогать тем, кто пострадал во время этого крушения, но для этого мне надо самой на ноги встать.

На какой вердикт суда вы в итоге рассчитываете?

- На справедливый вердикт надеюсь.

Вы верите в справедливость?

- Нет (грустно улыбается). Но нужно ведь совсем немного. Провести объективное рассмотрение дела, чтобы никто этому не мешал. Этого будет вполне достаточно. Скорей бы уже суд и какая-то определенность. Потому что как сейчас жить уже невозможно.

Уже после того, как наше интервью закончилось, Светлана призналась, что ей еще много, что хотелось бы рассказать. Но из-за того, что следствие не закончено делать этого нельзя. Потому-то все эти мысли Инякина решила перенести на бумагу. После решения суда она хочет написать книгу обо всех событиях, которые произошли с ней со дня крушения теплохода.

Благодарим за помощь в организации интервью Управление Федеральной службы исполнения наказаний Татарстана, СУ Следственного комитета России по Татарстану и адвоката Константина Габелева.