
Как стало известно, у пилотов дагестанской авиакомпании, совершивших аварийную посадку в декабре прошлого года, нашли заболевания, которые могли повлиять на их работу – тугоухость.
Напомним, самолет Ту-154 «Дагестанских авиалиний» совершил вынужденную посадку в аэропорту Домодедово. Лайнер вылетел из столичного аэропорта «Внуково», но буквально через полчаса у самолета отказали все три двигателя.

Фото: архив КП.
При посадке самолет выкатился за пределы взлетно-посадочной полосы и получил повреждения. 2 человека погибли и 40 получили ранения. Всего на борту находились 155 человек, включая 7 детей.Самолетом управлял Закаржа Закаржаев, долгое время работавший пилотом в Татарстане.
Здесь до сих пор работает директором «Второго Казанского авиапредприятия» его двоюродный брат Магамед Закаржаев. О том, что самолет брата Закаржи попал в катастрофу, Магамед узнал от своей сестры. Она позвонила из Дагестана и попросила выяснить, что с их братом – по телевизору показали, что в Москве произошла авиакатастрофа с самолетом «Москва-Махачкала». Телефон Закаржи не отвечал.

Фото: архив КП.
- Я по своим каналам стал звонить и в Казань, и в Москву, - вспоминает Магамед Закаржаев.
– Дозвонился и все подтвердилось. Самые тяжелые это были минуты для всей нашей семьи.А вскоре объявился и сам Закаржа. Он с чужого мобильника позвонил дочери и сказал, что с ним все в порядке. Свой телефон потерял где-то в суматохе, попросил у кого-то трубку и успокоил родных.
О том, что при расследовании причин катастрофы самолета, у брата выявили тугоухость, Магамед не удивлен.
- Тугоухость – профессиональное заболевание пилотов, - пояснил он.
– Слуховой аппарат, да и весь организм, летчиков переносит большие нагрузки и при взлете, и при посадке. Так что к определенному возрасту у всех возникают проблемы.Кроме того, выяснилось, что Закаржа Закаржаев «перерабатывал» - при норме полетов 80 часов в месяц он налетал 87.
- «Добро» на продление этой стандартной нормы дают медики, проведя комплексное обследование пилотов, - сказал Магамед Закаржаев.
– Все рассчитывают индивидуально, исходя из личных особенностей каждого летчика.
Сейчас 62-летний Закаржа больше не работает.