Спаcшийся член экипажа Ми-8 пообщался с корреспондентами «КП»

Спаcшийся член экипажа Ми-8 пообщался с корреспондентами «КП»

Cегодня наши корреспонденты первыми взяли интервью в палате у выжившего летчика с вертолета МИ-8, который разбился из Казани. Ринат Галимов очень удивился, что якобы его интервью появилось в интернет -изданиях. на самом деле мы были первыми кто смог с ним поговорить.

А его телефон не умолкает ни на минуту. На вопросы о здоровье летчик отвечает бодро, успокаивает друзей.

- Об аварии не спрашивайте, отвечать не стану, следствие покажет, что случилось, - говорит он нам, едва мы начинаем разговор. - А о нашем командире Петре Чумакове рассказать - святое дело. Он один из лучших летчиков-испытателей, которых я знаю.

Галимов то говорит о погибшем коллеге в настоящем времени. То словно опомнившись, произносит слово «был».

- Мы 13 лет знакомы. Семьями дружить не дружили. Все-таки разница в возрасте у нас приличная. А вот в командировках вместе часто бывали. Ему по всему миру довелось поработать. Все самые сложные задания ему поручали.

- Как к последнему полету готовились?

- Летчику-испытателю не нужно готовиться. Он ко всему готов. В испытатели берут лучших летчиков. Петр Чумаков - не исключение. Он все знает, все умеет. Он, знаете, из отличников. Опыт у человека колоссальный.

- Как вам вместе работалось?

- С ним всегда было надежно и легко. Он человек абсолютно не конфликтный.

Любую проблему мог разрешить мирно. Всегда.

«Остальные просто не успели выпрыгнуть»

В конце концов, разговор все-таки зашел и о последнем полете.

- Чумаков никогда ни на кого не повышал голоса. Даже, когда мы падали был абсолютно спокоен. Все делалось и говорилось четко. Так о и команду дал - прыгать. Когда стало ясно, что сделать мы уже ничего не можем. Я ближе всех к двери сидел. Открыл и выпал. Остальные уже не успели.

- Я и вертолет одновременно упали. Я потом в новостях слышал, местные жители говорили, что взрыв был. Я этого не слышал, хотя сознания не терял. Упал очень удачно - ни на дорогу, ни на кирпичи, а на песок. Даже синяков на теле нет, только на шее. А как ребро и позвонки повредил, даже не знаю. Может и не от падения, а оттого, что парашют резко открылся.

- Ходят слухи, что парашюты были не у всех.

- Кто это говорит? - удивился летчик. - У всех были. А смысл брать на пятерых два или три парашюта? В вертолете они лишнего места не занимают. Мы же на них сидим.

- Как вы себя сами сейчас чувствуете?

- Нормально. Недели три, наверное, в больнице проведу. Мне томографию сделали. Прогнозы врачей положительные. Говорят, прыгать буду.

- А летать?

- Если жена позволит.

- Загадывать не будем, - подключается к разговору супруга летчика Ирина.

- Да, не будем, - соглашается Галимов. - Настрой положительный. А там посмотрим.