Побег из Кандагара в Казань: как это было - 30 лет спустяфото
Герой России Владимир Шарпатов отметит свой юбилей 21 марта.
Фото: Из личного архива героя публикации.
Вот она, 1-я полоса «Комсомолки» за 30 сентября 1995 года. Анонс: «Спецкор «КП» встретился с узниками Кандагара. Он оказался первым журналистом, которому удалось пробиться на территорию, контролируемую афганским оппозиционным движением «Талибан»* (запрещенная в России террористическая организация), где удерживается экипаж захваченного российского самолета. Подробности в ближайших номерах».
Кто мог тогда подумать, сколько их наберется, этих подробностей! Скоро же они вернутся, наши орлы. Однако 378 суток их плена - 23 моих материала в «Комсомолке» и 30 лет на «разбор полета»... И вот я снова еду на встречу с Героем России Владимиром Шарпатовым.
ПО ЗАКОНАМ ШАРИАТА - СМЕРТНАЯ КАЗНЬ
Но прежде вернемся в 1995-й. Иначе просто не понять ту, совершенно другую Россию. Идет 2-я чеченская война. Все растеряны. СССР уже нет. Без работы даже лучшие летчики. Таким асам, как Шарпатов, достаются лишь горячие точки от Африки до Азии. Вот, например, правительства двух стран Албании и Афганистана предлагают перевозку «амуниции».
Внешне все «согласно воздушному уставу». Взлетели. Вдруг под Кандагаром голос по связи: «Володя, я должен тебя посадить, выбора нет». Это же Гулям Джаляни! Он учился в СССР, говорит по-русски. А сейчас Гулям - «солдат Аллаха», совсем рядом, вот у крыла мелькнул его «ястребок». И семья его здесь, в Кандагаре, значит, точно выбора нет. Наш Ил-76 приземляют на их аэродроме. Автоматчики берут его в кольцо.
Остальное - по репортажам в «Комсомолки» и фильму «Кандагар», будущему лидеру кинопроката. Талибам*, как очередному «клону» ЦРУ, нужен «русский вражеский след». И они раздувают шумиху. Груз, амуниция оказывается «патронами против Талибана*». И его перевозчиков должны «по законам шариата» приговорить к смертной казни...
Тот самый Ил-76.
Фото: Из личного архива героя публикации.
«ЛЕТИ В АФГАНИСТАН И СДЕЛАЙ ВСЁ, ЧТО СМОЖЕШЬ»
В ту пору я уже поработал в Забайкалье и просился ближе к маме, старенькой, она в двух часах езды от Казани. В «Комсомолке» назначили собкором по Поволжью, и тут же попадаю между двух огней от двух Кремлей. Наверху тогда многие перессорились. Московская клика Гайдара -Чубайса, как помним, была за то, чтобы всё распродать. А первый президент Татарстана Минтимер Шаймиев, как более сдержанный политик, стоял за мягкое вхождение в рынок...
Потом вспоминали с Шарпатовым: почему не встретились раньше? По одним же улицам ходили. Владимир Ильич родился в соседнем, марийском поселке Красногорский, учился и работал в Казани. Но тут все попали в раздрай! Тогда Шаймиеву, по сути, объявили инфоблокаду: не пускали в центральные СМИ. Справедливости ради напомним, что только «Комсомолке» удалось ее, эту блокаду, прорвать.
В то время Департамент внешних связей Татарстана - местный аналог МИД РФ - возглавлял суперас своего дела Тимур Акулов. Он был настоящим дипломатом. Предан долгу, знал обычаи Востока, арабский, фарси и пушту. Но в тот вечер я застал его в смятении: «У нас ЧП! Только что узнал от президента о семерых казанских летчиках. Минтимер Шарипович сказал: «В такой обстановке я не могу тебе приказывать. Просто прошу: лети в Афганистан и сделай всё, что сможешь!»
ЧИСТАЯ АВАНТЮРА ЧЕТЫРЕЖДЫ «СУМАСШЕДШИХ»
Так начался наш совместный мозговой штурм. К тому времени, как военкор газеты, прошедший Приднестровье, Баку и Карабах, я твердо знал, что одному там нельзя, нужна команда. «Давайте, - говорю, - Тимур Юрьевич, разделим обязанности. Мое дело - поднять громкий шум, чтобы спасти ребят от скорой расправы. Далее наш Татарстан и Афганистан - братья по вере. Значит, зовем с собой главного муфтия Татарстана и в единой молитве находим с талибами* общий язык. Еще смотрите. Каждый день простоя Ил-76 несет огромные убытки, то есть налицо кровный интерес владельца судна фирмы «Аэростан». Пусть ее шеф тоже летит с нами для особых поручений. Ну, и, наконец, вам как искусному дипломату и знатоку всех протоколов сам Аллах велел командовать парадом, вы согласны?»
Этот разговор был вечером в пятницу, а в воскресенье звонок: «Завтра вылетаем в Кандагар!» Конечно, то была чистая авантюра, одна на четверых «сумасшедших», но чего не сделаешь ради спасения людей!
Маршрут был такой: Казань - Ташкент (дозаправка) - Шарджа, Объединенные Арабские Эмираты, где «база» деловых партнеров, фирмы «ТрансАвиа ТА Лтд». А как долететь до Кандагара? Поиск «попутки» был непростым: какой, опять же, «псих» сам полетит на войну? Но «психами», прямо как в кино, выступили залетные контрабандисты с сомнительным «Боингом». Дальше еще сложнее: предстоят переговоры с талибами*. У них, в их ставке. Тут вся надежда на главу делегации и знатока священного Корана Тимура Акулова.
Молча летим над мертвой пустыней в раскаленном мареве. Лишь на горизонте размытая гористая черта - это Кандагар. Садимся в пыльную бурю, из нее выныривают штук пять джипов, набитых бородатыми автоматчиками. Ни слова, срочно пересадка, и гоним дальше.
Машину под нами просто штормит: ямы, воронки, ухабы. Неподалеку бабахают взрывы. Идет война! Оппозиции и власти Афганистана. Меняем пробитое колесо. Наконец, резиденция Мухамада Омара и его подельника Усамы бен Ладена (признаны террористами). Тогда мы еще не знали этих имен. Это потом они станут «главными по мировому терроризму».
В тот момент шла война оппозиции с властями Афганистана.
Фото: ТАСС.
Кто-то некстати донес, что один из их мирных гостей держит в руках «дьявольскую машинку». По-нашему, это просто фотомыльница, такая тогда была техника, а у них - сразу приговор! За шпионаж и неуважение ко Всевышнему. И тут же надо мною нависает черная громада муллы Омара. Кривой кинжал ложится на мой правый локоть, и он, ласково так, спрашивает переводчика Абдеразака: «Интересно, как этот неверный станет молиться своему Богу, если руку укоротить по это место?» Нас вовремя отвлекает визг тормозов, это «КамАЗ», груженный камнями. Их ссыпают почти на толпу, та с остервенением швыряет их в яму, на дне которой двое связанных. Абдеразак говорит: «Не смотри. Это не казнь, а наказание запрещенных любовников».
...А ТАМ - ОБМЕН, ВЫКУП ИЛИ ШТУРМ
Когда же мы увидим наших? Вдруг нас запускают в каменный мешок с 5-метровыми стенами, и мы наконец-то братаемся с ребятами. Передаем воду, продукты, лекарства и почту. Они крепятся, а в глазах вопрос: «О нас еще не забыли?»
Командир экипажа Владимир Шарпатов, второй пилот Газинур Хайруллин, штурман Александр Здор, бортинженер Асхат Аббязов, радист Юрий Вшивцев, инженеры Сергей Бутузов и Виктор Рязанов. Мы тоже бодримся: «Потерпите, скоро всё закончится, поможет «шеф Акулов», а там - обмен, выкуп или штурм». Говорят, что эти 28 афганских командировок Тимура Юрьевича и стали причиной его неизлечимой болезни. А еще Мунир Файзуллин, флай-менеджер «ТрансАвиа», или просто «работяга-небесный», которого после этого убила страшная инфекция... Но кто тогда мог это знать? Что пройдет в этом жутком «зиндане», протянется, продлится целый год и 13 дней!
Они - сами, как настоящие герои, без посредников, президентов Ельцина и Клинтона, без спецрешений Совбеза ООН и Исламской конференции, безо всех на свете, сами решат свою судьбу, вырвутся на волю. И подадут пример многим, несвободным: в России и в мире не надейтесь «на дядю». Свобода добывается только своими руками! Потом об этом, главном, мы с Владимиром Ильичом говорили не раз. Уже дома, в Казани, куда после громкого побега вернулся наш геройский экипаж. И в Москве, когда из гостиницы «Россия» вез их на встречу с журналистами «Комсомолки» и читателями «Прямой линии». А потом на родине Шарпатова, в марийском поселке Красногорский, где его встречали как Гагарина. И, наконец, на «новой-старой» родине, в Тюмени...
Экипаж Ил-76 провел в плену в общей сложности 378 суток.
Фото: ТАСС.
Прошлым летом снова договорились, что встретимся в родном поселке Ильича. Я был уже рядом, но на встречу не успел. Перехватило тревожное письмо в редакцию, надо было срочно помогать людям, он сам, как спасатель, такое поймет. Нынешний февраль. Дни культуры и спорта в Йошкар-Оле. Я уже на месте, но теперь у Шарпатова не получается: не отпускает Тюмень, там полный предъюбилейный аврал.
ИХ ПОБЕГ ПРОДОЛЖАЛСЯ 6 600 СЕКУНД
В Казани, в офисе компании «Аэростан» мы усаживаемся тесным кругом. Начинается наш первый «разбор полета». На карте мира прочерчен обратный маршрут: Кандагар - Иран - Шарджа и потом уже Казань.
«А где, - спрашиваю, - главный документ - бортовой журнал?»
Летчиков вопрос развеселил. Указывают на штурмана Александра Здора. Тот стучит себе пальцем по лбу: «Вот где бортовой журнал».
«Тогда доложите, пожалуйста, во сколько начался полет».
«В 13 часов 35 минут по московскому времени».
«А сколько продолжался?».
«Один час пятьдесят минут или 6600 секунд, каждая из которых могла стать последней».
Да, они все рассчитали. Сначала растолковали талибам*, что самолет - это большая ценность, за которой надо постоянно ухаживать. Их стали вывозить из тюрьмы для работ на аэродроме. Потом усыпили бдительность охраны, дождались, когда та в выходной день, в самое пекло пойдет молиться и ослабит хватку. «Ястребы» талибов* стоят зачехленные, автоматчики вдалеке - значит, настал тот самый момент, которого они столько ждали.
Так Владимир Шарпатов выглядел перед побегом. Кстати, в Шардже с него за избавление от бороды взяли аж 83 американских доллара.
Фото: Из личного архива героя публикации.
И тут экипаж сработал как единый механизм, а родной Ил-76 им помог. Он был с ними в сговоре, на долю секунды обогнал рванувшие вдруг стреляющие джипы, оторвался от последней бетонной плиты и, чуть не задев брюхом минное поле, резко взмыл вверх. Потом, чтобы оторваться от погони, выдал обманную петлю к Ирану, а не к России. И на самой низкой высоте скрылся от афганских радаров.
Хроника была такая. На 1 - 3-й минутах полета экипаж «отключил» вооруженную охрану на борту. На 9-й минуте через Стокгольм поймал связь с «ТрансАвиа». На 49-й пересек афганскую границу. На 110-й приземлился в арабской Шардже. «Ребята, мы свободны!».
Фото: ТАСС.
В Казани летчиков встречали первый президент Татарстана Минтимер Шаймиев и их семьи.
Фото: ТАСС.
КЕРОСИНА - В ИЗБЫТКЕ, ЕЩЕ ПОЛЕТАЕМ!
Поселок Красногорский рядом с пойменными приволжскими лугами. Здесь Шарпатов и родился в 1940-м, вот откуда, говорит, его душа.
Дед его Петр Рыбаков прошел Первую мировую, отец Илья Николаевич - Великую Отечественную. К матери Марии Николаевне соседи обращались «за справедливостью». От нее, наверно, у сына эта отзывчивость, за которую после тысяч часов налета выбирали «нашего Владимира Ильича» депутатом.
Об этом нынче и хотелось поговорить. О Волге, где его душа, и Сибири, где сердце, о природе и предках. Спросить, что снится по ночам? Не только же плен тот проклятый! А сколько всего сделано! И что еще не сделано? Известно, что Герой наш - человек совестливый. Наверно, мучается от того, что давно не виделся с родным экипажем. Что резок бывает с журналистами: «Много вопросов, мне некогда!» И если и впрямь ему некогда? Может, лезут по ночам упрямые мысли: а не дал ли «перегруза», командир? Не пойти ли уже на посадку, если времени в обрез? В общем, раз встречи не получилось, взял и спросил его об этом по телефону. И услышал ответ: «Ты хочешь, чтобы я себя пожалел? А что скажут люди? Что Шарпатов сдается? Никогда! Керосина в избытке, так что мы еще полетаем!»
* Запрещенная в России террористическая организация
Следите за актуальными новостями Татарстана, Марий Эл и Чувашии в наших сообществах в Одноклассниках и ВКонтакте, а также подписывайтесь на каналы «КП-Казань» в Яндекс.Дзен и Telegram