Александр Красовицкий «Zero people»: «Город на К.» - значит Казань

Фото: Рамиль ГАЛИ. Перейти в Фотобанк КП

«Город на К.» - как величает фронтмен Александр Красовицкий (Михалыч) столицу Татарстана, сыграл непростую роль в его жизни. И вот, наконец, можно перезнакомиться заново – на дебюте «Zero people» в Казани.

Смешать «Трафик» Земфиры с сюитой Грига «В пещере горного короля», а проникновенную балладу Metallica c эмоциональным хитом Sia – не культурный шок, а рядовые эксперименты самобытного дуэта.

Напряженный контакт с аудиторией, искрометные шутки и психологический надрыв со сцены на фоне спиритического транса в зале – пожалуй, всего один ответ на все: «Зеро/Это пароль/ На часах у Бога вечно будет ноль». Для самих музыкантов «Zero people» - низкобюджетный проект и творческая лаборатория, позволяющая эмоционально очиститься за счет верных зрителей, но точно не заработать.

БАШЛАЧЕВЩИНА И МУЖИК-ТОРИ ЭЙМОС

- Кто еще на отечественной сцене может похвастаться качественной рок-поэзией?

К. (Михалыч): «Сплин», Земфира. С поэзией проблем нет, есть проблема с музыкой – либо 3-4 дворовых аккорда под приправкой современной аранжировки, либо простые четыре четверти, русско-роковые биты. «Сплин» выгодно отличается – они экспериментирует и с темпами, и с ритмикой, и с самой формой поэтической, и с подачей. У Васильева музыканты – молодые альтернативщики. У басиста и барабанщика параллельный проект «Море и корабли» - там совершеннейший отвал башки. Это привносит что-то и в «Сплин». Земфира держит руку на пульсе западных штучек - то Йорка правильно клонировала, то Албарна. Российский рок склонен либо к сильному подражательству, либо к замшелости - такой башлачевщине, чайфовщине.

- Может, поколение еще не сменилось?

К.(Михалыч): Да сколько можно? С 89-года, «Звезды по имени солнце» столько времени прошло.

Александр Заранкин: Сейчас вообще ничего не мешает. Если раньше жаловались, что отстаем в технологиях, нет хороших студий, репетиционных точек, клубов, инструментов, то сейчас гениальное произведение можно и в компьютер записать. Но почему-то никто не записывает.

- Весенний концерт со струнным квартетом – новое звучание или эксперимент?

К.(Михалыч): Это эксперимент – раз, новое звучание – два и чтобы нам самим не было скучно – три. Александр занимается всей подготовкой, он у нас мастер нотного жанра, сам пишет партитуру. Меньше денег, затрат и ресурсов, больше уверенности в том, что выйдет.

- Что с коммерческой историей группы?

К.(Михалыч): Как и «Animal Джаz» – это не коммерческий продукт. Другое дело, что та группа имеет 15-летнюю историю и обросла поклонниками – это позволяет нам существовать только музыкой. «Zero people» – тоже для души, но мы не загружены продвижением проекта, хотя упорно снимаем клипы, DVD, но в основном думаем о том, как это красиво подать, а не продать. Перспектива «Zero people» с точки зрения российского телевизионного формата – вообще ноль или 1% - если придет сумасшедший программный директор, который любит хорошую музыку.

- К чему приставка самобытный?

К.(Михалыч): Несамобытные - те, кто передирает один в один музыку.

Александр Заранкин: Про нас нельзя сказать – это русские «Foo Fighters», не понятно кто мы.

К.(Михалыч): Можно сказать, что это русская Тори Эймос с роялем на сцене, но я мужик. Или Регина Спектор. Элтон Джон тоже не подходит.

ПСИХОАНАЛИЗ ОТ ПАТОЛОГОАНАТОМОВ

- Существуют композиции, закрытые для диалога со зрителем?

К.(Михалыч): Вся первая половина концерта построена из таких композиций – песен 5-6 подряд нужны для того, чтобы люди вошли в состояние, необходимое для сопереживания группе. Это состояние интроверта, не допускающего к себе лишних людей, который иногда агрессивен, иногда страдает. Когда зритель настроен на депрессивную волну – ты начинаешь его вытягивать оттуда с 8-9 песни. Для того, чтобы человек был готов к диалогу, он должен подумать хорошенько. Эта группа не для развлечений, это психоанализ скорее.

- Вы лечите или калечите?

К.(Михалыч): Начинаем с того, что ломаем неправильно сросшиеся кости, а потом за вторую половину концерта сращиваем их быстрее, чем Илизаров с его аппаратом. Кости в мозгу, естественно.

- Музыкальные санитары?

К.(Михалыч): Музыкальные санитары – патологоанатомы, если надо. Если надо реаниматологи. Это глобальная реанимация души.

БОГ И ЗОНЫ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

- В зрелом возрасте вы приняли православие, участвовали в духовной программе. Проявится ли в текстах пропаганда или религия – нечто личное?

К.(Михалыч): Я общался с батюшкой православным, который знает «Animal Джаz». «Zero people» еще на тот момент не слушал. Он сказал сам: «Вы знаете Александр, вы музыку исполняете, которая и так – разговоры о боге, хотя вы не называете вещи своими именами». Хотя иногда проскальзывает. В целом заложены исключительно православные темы. За редчайшим исключением, когда я даю выпустить накопившуюся агрессию, все остальные случаи – 99% текстов, «Zero people» в частности – как раз есть разговор между душой и небесами. Тут не нужна никакая православная опора. Демонстрировать свои православные корни необходимости нет, они и так лезут отовсюду.

- Аудитория «Zero people» - более думающая, есть ли чувство ответственности за то, что исходит от группы?

К.(Михалыч): На этом уровне ответственность присутствовала всегда. Стараюсь писать тексты, наиболее точно отражающие эмоцию, что я хочу показать, и чтобы человек, слушая в зале, понимал, о чем я говорю, воспринимал ту же эмоцию. Это зависит от текстов, манеры исполнения, музыки, нашей игры. Это главная цель, наша ответственность. А вот что человек сделает, прослушав песню, что случится внутри – это зона ответственности его воспитанности, социального статуса, родителей.

СПОЙЛЕР

- Есть черновики?

К.(Михалыч): Еще как - 2 альбома. За голову впору хвататься от разгула идей. Скоро сядем, чтобы к лету подойти с понимаем, какие песни войдут. Порядка 13-14 в третьем альбоме надеемся издать уже осенью. У «Zero people» все очень быстро – мы записываем и через полтора месяца готов альбом.

Александр Заранкин: Он будет больше похож на «Джедай», чем на «Ловец тишины».

К.(Михалыч): Фортепианная составляющая будет преобладать над электроникой. Что касается стиля – он останется таким же – разговор с психоаналитиком, которым являешься ты сам, разговор с отражением в зеркале.

РЕВОЛЮЦИЯ И PERISCOPE

- Что заставит дуэт перестать быть аполитичным?

К.(Михалыч): Наверное, революция должна в стране случится покруче Майдана – что-то совсем разрушительное, с баррикадами на улице – тогда в стороне остаться будет сложно. Хотя «Zero people» в любом случае будет немного в стороне, это «Animal Джаz» чисто теоретически можно отреагировать. Наше достоинство в том, что мы все демонстративно аполитичны и прекрасно представляем, насколько все эта политика – игра. Но когда происходят революции – это уже не игры, а серьезная жесть.

- Как вышло, что вы появились в Periscope?

К.(Михалыч): Отличное промо! (Михалыч решает тут же запустить трансляцию). Я присутствую практически во всех соцсетях. Александр только из-за меня вынужден был поставить себе Periscope. У него нет твиттера, а я загрузил ему свой твиттер и свой Periscope, потому что у него камера лучше. Модно, стильно, молодежно, главное – полезно. Люди узнают новости, задают вопросы.

ХРР, БАЦ И ОЧЕНЬ ТОНКАЯ ИСТОРИЯ

- Какова отдача от концертов?

Александр Заранкин: Все заканчивается на мажорной ноте. Депрессию ни в коем случае не оставляем на конец, мы можем с ней переборщить в первой части так, что кто-то может не выбраться. Если нас зовут на бис, добиваем чем-то позитивным.

К.(Михалыч): Однажды мы так запугали народ - это было в Волгограде. По неопытности, мы еще приценивались, что такое «Zero people». Добирались тяжело из Ростова, 12 часов сидели в аэропорту. Прилетели уставшие, и я вдарил такооой депрессии по людям. Они настолько испугались. Мы выскочили за дверь, ожидая, что нас позовут на бис. Гробовая тишина. Стоят, никто не уходит, но и не хлопает. Соответственно, выходить нет смысла. Мы и ушли. Сыграли 12 песен, хотя могли все 18. В следующий раз решили с волгоградцами не жестить - я начал добавлять оптимистические нотки где-то с 7 песни.

- Сценарий концерта существует?

К.(Михалыч): Конечно. Я вообще считаю, что драматургия четко выстроена именно с театральной составляющей (не театральщина)– очень цельное мероприятие. Когда только 2 инструмента на сцене и нет поскакушек, приглашенных дам с перьями, танцоров-геев и прочего - надо людей не просто держать, а вести – они должны проживать некую жизнь с тобой.

- Бывает, что контакт теряется?

К.(Михалыч): Да. Неудачно составленный плейлист, непопадание в момент, неудачная ситуация: люди с мороза зашли, концерт быстро начался, никто не успел толком выпить в баре, переключиться или ужасный клуб, охрана, испортившая зрителям настроение на входе, ужасный звук, ужасающий свет – у нас же Россия: это сплошь и рядом может случиться. Если 60-70% сложится в одно – все, приходится мучиться весь концерт, понимая, что отдачи нет.

Александр Заранкин: «Zero people» – очень тонкая история для нас. И, например, работающая кофемашина…

К.(Михалыч): Да, или когда в тишине кто-то заказывает коктейль, а бармен добросовестно берет шейкер...

Александр Заранкин: А в этот момент играем «Я прибит к тебе» и там скоро пауза, мы прям почти поймали ее вот-вот… и тут Хррррр! Все… Могла быть кульминация, а люди смеются и всем неловко.

К.(Михалыч): В Самаре в прошлый раз играли в рок-подвале. Все нормально, но сцена находится рядом с входной дверью – не смазана, скрипит и грохает каждый раз. Курить в барах нельзя, поэтому все, кто хотел, потихоньку выходили из зала, а дверь просто жахала весь концерт – первый ряд аж подпрыгивал. Только они начали страдать с литературным героем на сцене и Бац! Атмосфера концерта разрушается даже от таких мелочей.

- Вы не только со звуком работаете, но и со всем оформлением, словно перфоманс устраиваете…

К.(Михалыч): Перфомансом это не назвать, хотя мы однажды приглашали специально сделать нам видеоряд под каждую песню. Обычный концерт – это два человека и минималистичный свет. Мы нашли наше ноу-хау, идеальный световой райдер: две лампы, красная и синяя над нами и одна фронтальная. Это идеальный проект для световика – он может один раз нажать кнопку и уйти домой.

ПОУРАГАНИМ

В период летних фестивалей музыканты обещают удивить ночными и хедлайнерскими сетами.

- Группе исполняется 5 лет в этом году, чему мы были страшно удивлены. В афишах что ли начать упоминать, мы и забыли совсем. Я же говорю, этот проект такой пофигистичный, – отмечает Александр Красовицкий.

- На фестивале летом поураганим, как говорил наш президент,– обещает Александр Заранкин.