Премия Рунета-2020
Казань
+14°
Boom metrics
Общество15 сентября 2014 4:00

Замначальника Татарстанской таможни: Спилберг должен снимать следующий фильм на таможне

Мне предложили выбор - идти на работу в ГИБДД или в таможню. Против первого варианта возражала моя мама. Она не хотела, чтобы ее сын мерз на дороге в стужу или мокнул под дождем. Работа в таможне казалась ей тихим и спокойным местом. Как мы все ошибались!

Заместитель начальник Татарстанской таможни Максим Чмора рассказал в интервью "Комсомольской правде" о том, как работается на "заставе" и почему голливудским режиссерам было бы полезно погостить в республике...

КОРНИ

Мне иногда задают вопрос - откуда у меня такая фамилия? Все просто - мой дед родом с Западной Украины. В Великую Отечественную войну он был ранен, лежал в госпитале в Ульяновске. Там и познакомился с моей будущей бабушкой, женился и остался после войны в Поволжье. Его близкие на Украине погибли, поэтому возвращаться в родное село не стал.

А отец стал кадровым военным. Начал службу на Дальнем Востоке, в Хабаровске. В этом городе, кстати, я и родился. Через три года отца перевели в Приморский край, в село Яковлевка, где наша семья прожила 6 лет. Здесь родился мой младший брат.

Помню, как мы всей семьей ездили в отпуск из Приморья в Ульяновск. Купить билеты на один самолет для всей семьи было невероятно сложно, добирались на перекладных. Мы с братишкой и мама летели одним маршрутом через два города, постоянно пересаживаясь на поезда и автобусы. Такой же путь, но через несколько дней, проделывал папа. Тогда это считалось даже удачей!

Прослужив 9 лет на Дальнем Востоке, отец решил перевестись поближе к Ульяновской области. Обратился с рапортом и услышал: «Только через командировку за рубеж». А тогда «заграница» для нас, советских людей, и особенно военных, была весьма ограничена: контингенты войск в благополучной, социалистической Европе, неблагополучном Афганистане и, так сказать, промежуточно благополучных Вьетнаме и Монголии. Выбора у офицеров не было. Куда прикажут, туда и надо ехать служить. Нам повезло. Отца перевели в Германскую Демократическую Республику. На целых 5 лет.

Сейчас я понимаю, что благодаря этому событию я реально видел перемены, происходящие в нашей стране, связанные с перестройкой и сменой курса на демократизацию. Приезжая в страну во время отпуска отца раз в год, дискретно видели, как меняется наша страна и быт обычных людей. Эти изменения не так заметны, если проживаешь их день за днем. Но когда приезжали в родную страну раз в год, изменения бросались в глаза.

Когда у отца не получалось с отпуском, нас с братом вывозили сослуживцы отца. В чужие загранпаспорта делалась временная запись о том, что мы их дети. Но с обязательной припиской: «Запись действительна 1 месяц». Нас вывозили из ГДР в Москву, где встречала бабушка. И полдня (время, оставшееся до поезда на Ульяновск), вместо музеев и зоопарков, мы стояли в очередях продуктовых магазинов. Помните очереди того времени? Дефицитный товар давали по норме «один килограмм в одни руки». И мы с братишкой были очень кстати - дополнительные две пары рук! Затарившись к вечеру, с огромными сумками и баулами, наконец садились в поезд. Нам с братом этого было не понять, ведь в Германии того времени в магазинах было все в любое время года.

Когда отец вернулся в Россию, он уже мог выбирать место службы. И он выбрал Самару.

Когда говорят «где ваша Родина? Где ваш дом?», то для меня это все очень сложно. Я родился на Дальнем Востоке, жил и учился в Приморском крае и в ГДР, высшее образование получал в Самаре. Поэтому лично для меня родина - это место, где я живу. Долгое время это была Самара. Здесь я поступил в тогда еще Куйбышевский авиационный институт, а закончил уже Самарский государственный аэрокосмический университет. Но поработать по специальности не довелось, так как на дворе стояла середина 90-х годов. Все отрасли, в том числе и авиационная, испытывали проблемы: практически остановившееся производство, задержка зарплаты на несколько месяцев. Мне же хотелось заниматься интересным делом, иметь работу, которая бы меня устраивала во всем.

КАРЬЕРА

Мне предложили выбор - идти на работу в ГИБДД или в таможню. Против первого варианта возражала моя мама. Она не хотела, чтобы ее сын мерз на дороге в стужу или мокнул под дождем. Работа в таможне казалась ей тихим и спокойным местом. Как мы все ошибались!

Когда я пришел в таможню, я понятия не имел, что это такое. Безусловно, пересекая не раз государственную границу с родителями, видел и погранслужбу, и таможню. Если бравые «зеленые фуражки» оставили хоть какой-то след в моей памяти, то о таможенной службе никакого представления не имел: чем занимается, что делает? Познал важность этой службы, только придя в эту структуру.

Мне повезло - я пришел устраиваться на работу в то время, когда функции таможни увеличивались и штат таможни расширялся. Это сейчас для поступления необходимо соответствовать определенным требованиям: и профильное образование, и служба в армии, и определенный стаж на госслужбе, и отбор по конкурсу после специальной проверки. Тогда же у меня на руках имелся только диплом о высшем образовании и никакого опыта.

Служба в таможне началась на таможенном посту в международном аэропорту Самары. Первое время, пока наставник меня всему обучал, приходилось выполнять самую неприятную работу «по сроку службы». Походы на дальние стоянки к самолетам, контроль этих самолетов в период разгрузки - все это было на мне. Я вспоминал слова мамы про инспекторов ГИБДД, что мерзнут на обочине. У них-то рядом теплая машина, в которой можно было б согреться, а тут... Стоишь зимой несколько часов у огромного самолета, двигатели которого давно остыли, продуваемый всеми ветрами... Но первый год службы запомнился не только тяготами, но и рядом курьезных моментов.

Теперь точно знаю, где и как Стивену Спилбергу надо снимать следующий фильм ужасов. Как-то мы контролировали разгрузку ИЛ-76: привезли крупную партию пчелопакетов. Во время разгрузки несколько паллет падают на бетон, разбиваются, и миллионы пчел вырываются наружу. Со стороны наше бегство, наверное, было комичным. Бравый экипаж ИЛ-76 слаженно отступал в одном направлении, грузчики на своей погрузочной машине, как на тачанке, неслись в другую сторону, мы, таможенники, отмахиваясь фуражками, также бежали в укрытие. Ворвавшись в здание и захлопнув за собой стеклянную дверь, оглянулись и увидели: черные насекомые кишмя кишели на стекле. Работа аэропорта была частично парализована, пока не приехал «пчелиный спецназ» (специалисты-пчеловоды) и не справился с «превосходящими силами противника». Все это время на стоянке стоял самолет, облепленный пчелами. Живая серая рубашка плотно облегала лайнер и шевелилась, грозно гудя. Фильм «Апокалипсис» можно было снимать именно там.

Так что очень хорошо, что моя мама не видела, как ее сын работу в кабинете совмещал с многочасовым осмотром прибывшего груза и в зной, и в снег, и в ледяные дожди...

ТАМОЖНЯ КАК ОБРАЗ ЖИЗНИ...

Служба в таможне - дело, которое мне нравится. Работа предоставила возможность для собственного постоянного развития и самосовершенствования. Чтобы соответствовать занимаемой должности, здесь нужно постоянно учиться. Коммуникационные навыки и знание психологических основ позволяют понимать и предсказывать поведение людей в самых различных обстоятельствах. Высший пилотаж в том, что человек, уличенный в чем-то противозаконном, уходит не с проклятьями в наш адрес, а со словами благодарности.

На память приходит одна достаточно курьезная ситуация. Однажды раздается анонимный звонок. Женский голос сообщает, что таможенникам следует тщательно проверить одну пассажирку, которая будет вывозить 10 тысяч долларов. В то время без справок банка государство разрешало вывоз 3 тысяч долларов. «Доброжелательница» указала имя контрабандистки, дату, номер рейса. И даже то, где следует искать эту сумму - внутри самой пассажирки.

В указанный день на рейс действительно зарегистрировалась женщина с уже известным нам именем. Я, как старший смены, пригласил ее к себе для беседы. Визуально дама не проявляла никакой обеспокоенности или нервозности. Я прекрасно сознавал, что применение личного досмотра является исключительной формой контроля, достаточно унизительной для досматриваемого лица. А вдруг сигнал доброжелателя ложный? Тогда я решил схитрить: передал ей документ, взять который можно было лишь чуть-чуть привстав со стула. Повторил этот трюк еще раз и еще. Тут ее глаз немного дернулся от дискомфорта. И на конкретный вопрос о неучтенной сумме «контрабандистка» созналась во всем. Причем тут же назвала имя анонима - ею оказалась неудачная соперница в любви.

Самые сложные для таможенников категории граждан - это представители творческой интеллигенции и спортсмены. Они парят в своих мирах, не замечая рамок обычного мира, ограничивающего их полет. Как-то консультировал представителей музея. Намечалась выставка за границей экспонатов, которые имели большую художественную ценность. Объясняя, как правильно оформить документы на выезд, произнес фразу: «Таможенное законодательство предусматривает при вывозе товара...», после этого меня просто обдало ледяным холодом. Музейные хранители, искусствоведы моментально замкнулись и отстранились от меня: «Эти произведения бесценны!» За мою невежественность они готовы были прервать переговоры. Пришлось долго объяснять, что для таможни профессиональный термин «товар» - обозначение любого движимого предмета.

А спортсмен в постоянной экспрессии. Они бегут вперед, не замечая препятствий, поэтому если нужно что-то сделать, они могут относиться к этому как к досадной помехе, думая: «Все равно проскочим!»

ХАДЖ

Хадж - мероприятие, требующего особого внимания с нашей стороны. Работая в Самаре, я с этим не сталкивался, так как местные мусульмане в паломничество отправляются из столицы Татарстана. Помню, в первый год моей работы в должности начальника таможенного поста Аэропорт Казань возникли недопонимания с организаторами хаджа. Что такое хадж для верующих? Это - священная миссия. А тут таможенники с ограничениями и какими-то требованиями препятствуют исполнению этой миссии. Нам тогда удалось нивелировать возникшие проблемы. Но мы извлекли из этого урок и впоследствии отработали механизм взаимодействия. Теперь задолго до начала паломничества проводим встречу с руководителями паломнических групп, разъясняем правила и даем рекомендации. Это вызвано стремлением предотвратить возможные нарушения таможенного законодательства со стороны паломников. В святых для верующих местах много бесплатной литературы: представители разных религиозных течений используют любые возможности для пропаганды своей точки зрения. Паломники в большинстве своем пенсионеры и могут не понять, что им за литературу предлагают, а потому совершенно неумышленно могут стать распространителями каких-то экстремистских идей. Мы всегда рекомендуем руководителям паломнических групп лично смотреть за тем, какую литературу пытаются взять с собой на родину их подопечные. Ну и чтобы таможенный контроль проходил оперативно, во время хаджа всегда работают должностные лица, хорошо владеющие татарским языком, знающие мусульманские каноны. Так что теперь вместо претензий мы получаем только благодарности!

САНКЦИИ

Что касается товаров, попавших под действия санкций - плодово-овощная группа, молочные и мясные товары. Их оформление для Татарстанской таможни не характерно. Обычно эти скоропортящиеся продукты поступают на таможенные посты, где есть необходимые условия для хранения. Подобные инфраструктуры сформированы в других регионах. У нас присутствует плодово-овощная группа, но ее ввоз я бы охарактеризовал как умеренный: нет и одного процента от общего грузопотока в зоне нашей деятельности.

Как только вышел указ о санкциях, мы провели рабочую встречу с представителями крупных фирм, которые ранее ввозили продукцию, попавшую в санкционный список. В ходе беседы мы честно и открыто предупредили: лукавить, обманывать таможенников бесполезно, так как все потенциальные схемы и попытки обойти указ нами уже просчитаны и выдать польские яблоки за сербские не получится. Мы предложили им оперативнее проработать вопрос о возможности заключения контрактов с поставщиками из стран, не попавших под санкции.

Кстати, одна из фирм является поставщиком «Макдоналдса», который, в зависимости от сезона, использовал то 80% местного сырья, то 20%. Представители организации признались, что уже заключают договора на поставку сырья из Израиля и Уругвая. То, что санкции были введены летом, их даже в какой-то мере выручило - сейчас-то их фирма закупает почти все у местных производителей, так что есть время подготовиться к осенне-зимним контрактам.

Безусловно, определенный риск, что запрещенная продукция может попасть в страны Таможенного союза - Белоруссию, Казахстан - и уже оттуда к нам, присутствует, так как эти страны не присоединились к санкциям. Но задачи по выявлению подобных схем контрольным органам внутри страны уже поставлены. Уверен, крупные игроки на рынке не станут рисковать собственной репутацией. К тому же итогом встречи Владимира Владимировича с президентами стран Таможенного союза стало решение о подобном контроле и в этих странах. Могу заверить, что выявлять фирмы, решившие сыграть на запрещенных продуктах, достаточно легко. К примеру, организация никогда не занималась импортом сыров, а после введения в России санкций ее интересы вдруг изменились, она заключает контракты на поставку данной продукции. Это один из факторов возможного наличия нарушения законодательства: наши информационные системы идентифицируют данную поставку в качестве рисковой. Мы инициируем 100% досмотр товара, проверим легальность сведений о стране происхождения товара и т. д. Любой новый игрок на продовольственном рынке, если компания появилась как раз после введения санкций, обязательно попадет в поле нашего зрения.

ПОСЛУЖНОЙ СПИСОК

После службы в Самаре меня перевели в Татарстан на должность начальника таможенного поста Аэропорт Казань. Спустя три года назначили первым заместителем начальника Татарстанской таможни. Закончил заочно Российскую таможенную академию.