Происшествия

Петербуржец, потерявший в теракте в метро дочь: «Легче стало бы, если б дочку вернули…»

Потерпевший не уверен, что все приговоренные действительно виновны
Одному подсудимому дали пожизненное, остальным – 19-28-летние сроки.

Одному подсудимому дали пожизненное, остальным – 19-28-летние сроки.

Фото: Олег ЗОЛОТО

Сегодня, 10 декабря, в 1-м Западном окружном военном суде огласили приговор 11 обвиняемым в теракте в петербургской подземке. Судебный процесс длился почти девять месяцев. Одному подсудимому, Аброру Азимову, дали пожизненное, остальным – 19-28-летние сроки.

В числе немногочисленных потерпевших, которые пришли выслушать приговор лично, был и Геннадий Даниленко. 3 апреля 2017-го в том самом вагоне ехала его 25-летняя дочь Оксана. Девушка стояла прямо за спиной у смертника Джалилова. А потому погибла практически сразу.

Судебная коллегия немного смягчила сроки и штрафы, запрошенные прокурором.

Судебная коллегия немного смягчила сроки и штрафы, запрошенные прокурором.

Фото: Олег ЗОЛОТО

За секунды до взрыва Оксана переписывалась с подругой Алиной, отправляя ей звуковые сообщения в социальной сети. Когда СВУ сработало, мобильник девушки невольно записал то, что происходило в вагоне, – грохот, молчание, потом душераздирающие крики – и переправил звук в виде аудиосообщения. Запись с телефона Оксаны стала одним из главных доказательств стороны обвинения.

– Достаточно ли наказали? Сказать трудно, – поделился с «Комсомолкой» Геннадий. – Азимов деньги пересылал, значит, получается, стопроцентно участвовал. Но, думаю, некоторые попали на скамью подсудимых по случайности. На заседание приходишь – явных доказательств нет, только косвенные. По крайней мере, мне так показалось.

Шохиста Каримова не смогла спокойно выслушать приговор.

Шохиста Каримова не смогла спокойно выслушать приговор.

Фото: Олег ЗОЛОТО

Уменьшил ли суровый приговор хоть на толику боль отца, потерявшего ребенка? На этот вопрос Геннадий отвечает долгим вздохом. А потом признается: облегчения от приговора ровным счетом никакого.

– Эта беда останется со мной навсегда, – добавляет Даниленко. – Легче стало бы, если б дочку вернули.